НОВАЯ СЕМЬЯ. Аист передумал

Как ни странно, про хороших людей всегда трудно писать. Получаются слащавые картинки, которые ничего не говорят о настоящей жизни тех, о ком ты пишешь. В рассказе про то, как четверо детей с фотографии в социальных сетях нашли своих родителей, я решила отказаться от слов «добро» и «чудеса». Хотя история именно об этом. 
 
– Антон, привет! Что ты делаешь в четверг? Короче, мы едем в семью, которая забрала четверых малышей из Дорогинского детского дома. А началось всё с твоей фотографии для базы ищу-семью.рф
 
– В четверг могу.
 
 В ноябре-декабре уговорить фотографа поехать с тобой чёрт-те куда в область, чтобы сфотографировать приёмную семью, практически не реально. Антон, один из самых высокооплачиваемых фотомастеров Новосибирска, согласился сразу. Потому что в мае как волонтёр фотографировал четверых ребят в детском доме – а в июне их уже забрали новые родители. Сейчас конец ноября, мы с Антоном и директором фонда Мариной едем со скоростью 120 километров в час, чтобы наконец увидеть новый дом и тех, кто в нём живёт. 
 
Три часа дороги до районного центра Маслянино – и перед нами табличка № 61 на доме. Здесь живут Лена и Валера. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Когда-то их выросшие дочери решили, что прежде чем разъезжаться из родительского дома на учёбу, нужно подкинуть маме и папе идею: а не хотите взять ребёнка из детского дома? 

 
Лена встречает нас у калитки и ведёт показывать семейные владения:
 
– Здесь грядки, здесь собираемся посадить деревья – будет свой сад. А вот сюда не ходите: здесь у нас собака, она может вас съесть. 
Прямо за домом река. Настоящая, чуть замёрзшая. По краю снег, а середина ещё жидкая. И мостки. Летом папа берёт пацанов, и они идут рыбачить.
 
– Большой улов приносят?
 
– У них выбора нет. Я им говорю: «Что поймаете, то и едите». 
 
Заходим домой. Ещё не зима, но попадание в тепло уже радует. К нам несутся дети. Две небольшого возраста девчонки сбегают по лестнице: одна тёмненькая, другая светленькая. Из кухни выбегает темноволосый пацан – у него на шее висит фонендоскоп. Пластмассовый. Они с тёмненькой очень похожи, но он родной брат светленькой. Из комнаты, заранее стесняясь и всем видом не выдавая заинтересованности, выглядывают два подростка: мальчик и девочка. У них разный цвет волос, но одинаковые глаза и улыбка. Они везде ходят парой и заговорщицки переглядываются. Они не брат и сестра, и у них не любовь. У них дружба. Юра и Алёна учатся в одном классе. Алёна на пятёрки. Но периодически ей приходится жить в приюте, потому что родной папа выгоняет из дома. А ещё там холодно и нечего есть. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

У Новиковых она уже шесть месяцев. Не могли они бросить в такой ситуации Юрину подругу. 

 
– Гости-и-и приехали, – кричат малыши и за руку тащат меня на второй этаж. Там спальни для мальчиков и для девочек. Самую активную позицию пока занимает Таня – старшая из банды четверых, прибывших в семью из Дорогинского детского дома в мае. Она вихрем носится из комнаты в комнату и этим же вихрем принимается спасать только что подаренного пупса из плена пластиковой упаковки. Прозрачный куб не поддаётся, и Таня негодует. 
 
– Про Танюшку мне в детском доме говорили: «Она такая неразговорчивая». Сейчас иногда думаю: «Танечка, когда у тебя рот закроется!» – говорит мама Лена. 
 
Потом рассказывает, что последние три ночи Таня не спит. Раньше у себя в спальне наверху ходила туда-сюда, теперь стала вниз спускаться. Это страшно: тут ведь и дверь на улицу, и ножи, и таблетки, и мало ли что ещё. Таня стоит на учёте у врача и пьёт специальные лекарства, но это не помогает. 
 
– И знаете, что удивительно, днём она бодренькая! А мы уже все измученные. Полнолуние заканчивается, должны сегодня поспать. Нам психолог сказала: «Не бойтесь никаких вампиров, такое бывает. Редко, но бывает» – что ребёнок чувствителен к лунным циклам.
 
 – Это я синичку рисовала, это цветы. А на этом уроке на листочке рисовала, потому что альбом уже закончился, – Таня бодра и весела, ни за что не скажешь, что у ребёнка была бессонная ночь. 
 
В нашу беседу врывается Вова. Он брат Тани. И у него теперь не только «слушалка» на шее, но ещё и шприц в руке. И он строго мне говорит: «Вас надо лечить, сейчас я буду ставить укол». Послушно закатываю рукав и, зажмурившись, отворачиваюсь. 
 

Владимир – невероятно обаятельный доктор. Ему шесть. 

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Родители вспоминают, во что играли дети, когда только появились в семье. 
 
– В то, что пришли сотрудники органов опеки и всех забрали. Но это мелочи. У них в любой игре присутствовал убийца. 
 
Как объясняют психологи, много работающие с разными приёмными семьями, такое поведение не должно пугать папу и маму, и даже наоборот, родителям стоит радоваться. Это значит, что ребёнок почувствовал себя в новом доме комфортно и безопасно и теперь пытается «переварить» все свои воспоминания из прошлой жизни, которых обычно у таких ребят много.
 
– Я стала включаться в игру. У нас собаки, говорю, они никаких убийц не пропустят. Подчёркивала, что здесь всё тихо и мирно. Единственное, что времени, конечно, нужно много на это. В ту же опеку поиграть, рассмотреть всю ситуацию. Что вот они пришли, вот, смотрите, холодильник полный, вот суп сварен, дети чистые, – и тогда тётеньки из опеки говорят «Всё хорошо» и уходят.
 
У Вовы и Тани есть брат и сестра – Вера и Толя, они ещё в школе, но скоро должны прийти. Когда Вова и Толя раньше играли в машинки, это обязательно заканчивалось аварией и гибелью всех пассажиров. Теперь мама научила их, что трагедии можно избежать. Зелёная машина поехала сюда, новая спортивная сюда, у большого камаза с откидывающимся кузовом маршрут лежит прямо. Все смогли разъехаться, все живы. 
 

Но на то, чтобы переписать финал игр, понадобилось время – примерно полгода. 

 
Маша появилась здесь раньше дорогинской банды. И была первой девочкой после двух пацанов – Димы и Юры, которых мама Лена и папы Валера когда-то решились взять. Сейчас парни уже в старшей школе. Машу здесь зовут Марусей. 
 
Сейчас на ней самодельные бусы и браслеты, волосы заплетены в аккуратную причёску с цветными резинками. Когда Лене показали Марусину фотографию в доме ребёнка города Куйбышева, она не знала, как сказать мужу, что девочка страшненькая. 
 
– Она острижена была ужасно. Но я сразу заметила, что у неё глаза в точности как у моего Валеры! И думаю: надо брать. К тому же, кто её ещё такую возьмёт, – вспоминает Лена.
 

В итоге сказала мужу, что там девочка с глазами как у него, – ясными, голубыми. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

– Когда приехали в дом ребёнка, Маруся оказалось гораздо лучше, чем её фотография. Стрижка, правда, атас! Знаете, как их там кромсают? Ах да, и глаза карие. 
 
Маша несёт папе настольную игру, с которой не может сама разобраться. Он спускается вниз за очками, возвращается наверх, в спальню девочек. Маша сидит рядом с ним на диване и терпеливо ждёт, пока папа Валера читает инструкцию. Про неё все говорят «папина дочь». Как тогда в доме ребёнка сразу пошла к папе на руки, так до сих пор и не отходит. 
 
– Бегает в сончас, всех будит, колошматит. Заходит к логопеду – хватает всё тут же на столе. Мы ещё не поняли: то ли у нас Маруся красивая, то ли умная. В подготовительной школе парту трясёт. А дома золото, а не ребёнок. Может, внимания ей там мало? – рассказывает мама Лена, кивая на Марусю, которая в отличие от Тани тише воды, ниже травы, только похныкивает немного, потому что тоже хочет нянчиться с пупсом. 
Мы смотрим на сайте «Одноклассники» ролик, который вся семья снимала на телефон для участия в конкурсе социальной рекламы (что-то против наркотиков). В комнату в третий раз заходит бабушка:
 
– Ну, хватит гостей мучить, дети на стол уже накрыли.
 

Когда Лена с Валерой стали задумываться о том, чтобы взять под опеку первого ребёнка, свекровь, конечно, была против. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Родители мальчика пили, потом разошлись. Маму лишили родительских прав, ребёнка отдали папе. Отец в феврале выгнал Диму из дома. 
 
– Две недели он жил на улицах: по кочегаркам, в магазинчиках ночевал. Ему было шесть. Мимо ходили тёти и дяди. Его нашли замерзающим в 10 вечера. Он не был в детском доме, мы забрали его сразу из больницы. Сейчас ему четырнадцать, – рассказывает Лена. 
 
Когда после Димы стали задумываться о втором, бабушка, уже обожающая внука, сказала: «Вы что, с ума сошли?! Он же из детского дома, он нашего Димочку обидит!»
 
Теперь и Юра – внук и помощник. Хотя с подростками свои трудности, и этого Лена и Валера не скрывают. Например, сейчас борются с курением.
 
– Мы живём в школе, все перемены проводим за углами. Всех гоняем – своих, чужих. Кстати, родным-то родителям всё равно почему-то. Я в шоке. Наш Дима же с семейными мальчиками общается. Их мамы-папы говорят: «Сейчас все курят». 
 

Дети собирают бычки у местной больницы, рядом с туберкулёзным отделением. Пришлось Валерию там временно поселиться. 

 
– Ваши знают, что они приёмные?
 
– Знают. Всё же большие уже. Марусе, наверное, пока всё равно. А Димка в детстве много читал и как-то сам говорит: «Знаете, я понял. Меня просто аист сначала принёс не тем родителям, ошибся». 
 
Из школы наконец приходят Вера и Толик. И мы всей толпой садимся за стол – кое-как поместились. Фотографа пришлось посадить на рулоны линолеума, которые ждут своего часа около окна. Но Антон не обиделся, потому что Вера поделилась с ним компотом – вишнёвым и очень сладким. Нарядные, в школьной форме, пришедшие хитро улыбаются и переглядываются. Бабушка предполагает, что принесли из школы какой-то сюрприз, но в разбирательства не пускается. В ответ на вопрос: «Что в школе сегодня было?» – Вера смеётся и закрывает рот руками. 
 
Она учится по общеобразовательной программе. Говорят, что устно отвечает хорошо, а писать не хочет. У Танюшки и Толи специальная школьная программа с коррекцией VII вида, которая в теории должна учитывать особенности развития. 
 
Вова, Вера, Таня и Толя сидят за столом и радостно смотрят на манты, жареную курицу, картофельное пюре, салат оливье. После того как поедят, побегут жирным руками обнимать бабушку. Она отправит их в ванную. Потом надо бежать наверх, где ждут голодные пупсы и не загруженные работой самосвалы, пока родители не вспомнили про уроки.
 

Семь месяцев назад фотограф Антон смотрел через объектив на четырёх детей в детском доме и не знал, будет ли у них когда-то свой дом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Незадолго до этого за одну ночь дома не стало и у Лены с Валерой. Пожар. Воры залезли – и то ли окурок оставили, то ли спичку бросили. Документы сгорели, вещи.
 
– Я даже не плакала. После пожара просто перестала плакать и всё. Валера в больнице, дома два пацана. Понимала, наверное, что надо держаться. 
 
Тут Лена и Валера вспоминают, что как-то после пожара ехали мимо детского дома. Жильё не строится, кредит не дают – всё время бумажек каких-то не хватает, документы-то в огне сгорели. И вдруг откуда-то это ясное понимание: надо помочь кому-то.
 
– У Валеры ожоги гниют, ничего не лечится. Документов не хватает. Мы всегда хотели ещё детей, но вдруг решаем, что возьмём не тогда, когда у нас всё будет в шоколаде, а при первой возможности. Тут и документы стали восстанавливаться, и Валера стал поправляться, – вспоминает Лена. 
 
Потом было решение стать участниками проекта «Новая семья», долгие тестирования от психологов фонда. Начало строительства дома. И через четыре месяца письмо от Марины Аксёновой с аккуратным текстом про то, что есть тут дети, которым очень нужна любовь. И приложенный файл – фотография Антона Уницына. 
 
 – Не переживай, мать. Все наши дети будут с нами, – когда-то сказал Валера своей жене, которая так мечтала о маленькой девочке, что даже во сне выбирала ей платья.
 
Так оно и оказалось. 
 
Записала Ангелина Иванова, 
Фотографии Антона Уницына. 
 

Немного фактов:

Проект «Новая семья» помогает сложным категориям детей (инвалиды, братья-сёстры, дети старше 12 лет) найти своих маму и папу, которым раньше забрать их не позволяла жилплощадь. 


37 ребят, которые остались без попечения родителей, нашли свою семью и уже дома, благодаря проекту «Новая семья»!


Каждую семью, ставшую участником проекта «Новая семья», обязательно поддерживают и сопровождают психологи от фонда «Солнечный город» (проект «Семейная помощь). 


Спасибо партнёрам, которые поддерживают проект «Новая семья»! Благодаря вам дети навсегда покидают детские дома.  Государственная система воспитания детей-сирот уже давно подтвердила свою неэффективность: по статистике 90 % выпускников детского дома не могут нормально устроиться в жизни. 


 Ожидаемые результаты:

 

• Уменьшение количества детей в государственных интернатных учреждениях.

• Улучшение психического здоровья детей, изъятых из государственной системы воспитания.

• Сохранение родственных связей у детей (размещаются в семье только все братья-сестры).


Направления работы проекта «Новая семья»:

 

• Помощь в финансировании строительства семейных детских домов.

• Помощь в финансировании покупки жилья для семей, стремящихся усыновить или взять под опеку более двух детей.

• Поиск семей, идеально подходящих для размещения детей-сирот, поиск детей-сирот, имеющих сложности с устройством в семью.


ВЫ МОЖЕТЕ ПОМОЧЬ. Если вы хотите сделать благотворительное пожертвование и поддержать проект «Новая семья», вы можете сделать пожертвование в размере совершенно любой, комфортной для вас суммы здесь: http://www.suncitylife.ru/help/how/money/donation/ (пожертование на программу "Дорога к дому")

 

close icon
socialsocialsocialsocialsocial
mobile bg